Педагогика Культуры

Общественный научно-просветительский журнал

Гармония космических миров в музыке

Афанасьева Алла Борисовна,

канд. искусствоведения, доц. кафедры художественного образования ребенка

Российского государственного университета им. А.И. Герцена

 

Понимание космизма существовало в музыкальном искусстве на разных этапах истории человечества, начиная с древнейших времен. Само понятие «гармония космических миров» близко понятию «гармония сфер», родившееся в древнегреческой философии и известное как античное и средневековое учение о музыкально-математическом устройстве космоса[1]..

 Понятие «гармония» тесно связано с самой музыкой – искусством звуков, текущих во времени и пространстве. Музыка изначально создается по законам гармонии. Понимание гармонии в узком смысле музыкально (созвучие, взаимодействие консонансов и диссонансов), в широком смысле оно связано с категориями эстетики (соразмерность формы, гармоничность содержания и формы в произведении искусства), этики (гармония духовной системы человека и общества, нравственный закон), науки (в понимании стройности организации мысли, теории, системы)[2]

 В данной статье раскрывается лишь одна линия из широкого спектра возможных размышлений – проявление космического мышления в музыке на разных этапах ее развития, рассмотренное на конкретных примерах из неисчерпаемой сокровищницы музыкальной культуры.

Космическое мышление проявляется в отношении Человека к Космосу как целостности, в прочувствовании Вселенной и человека как ее неотъемлемой части, в установлении гармонических связей между собой – миром человека и миром Природы, Высшим миром. Еще в древности человек стремился ощутить такую гармонию и организовать ее в обрядах и ритуалах[3].

В культуре славян, например, на этапе мифологического мышления космичность мировоззрения ярко воплощалась в древних календарных песнях, несущих смысл магических заклинаний одухотворяемой Природы в народных обрядах. В различные праздники годового круга – Коловорота – поют коляды, песни и хороводы, обращенные к Солнечному божеству (Коло, Ярило), к покровителям растительного мира и всего живого на Земле (Ладе, Лелю, Живе…). Тесная связь человека с миром Природы, с Космосом, с циклами Солнечного года отражалась в текстах (отсюда припевы в русских песнях лелю-лелю, ладу-ладу как обращения к Лелю и Ладе), в напевах, хореографических рисунках движения под песни в хороводах (древнейший – круг – коло).

Кроме того космичность как целостность мировоззрения проявляется в понимании человеком мира во взаимодействии двух линий: горизонтального пространства и вертикального исторического времени. Русская душа остро воспринимала горизонталь Мира и высоту Неба, что видимо было обусловлено самим ландшафтом проживания русского этноса: необъятным простором равнин, протяженностью горизонта. В народной музыке это ярче всего отразилось в долгих распевах протяжных песен, разносящихся по свету вширь и ввысь. С исторической же вертикалью связан древний культ предков, передача знаний, тайн, мастерства «из уст в уста», от поколения к поколению. Да и само понимание жизни, в которой музыка сопровождала человека от колыбельной младенцу до похоронного причета над усопшим, понимание смысла жизни как сохранения своей Души заставляло человека задумываться о Вечности как потоке времени. Космическое мироощущение фокусировалось в соборном характере русской этнокультуры. По-видимому, пронесенный через века, этот характер предопределил появление философии космизма именно на русской почве.

На этапе религиозного мировоззрения космизм ярко проявился в церковных песнопениях. Например, для древнерусского человека Христос объединял в себе Свет природный и Свет духовный, обращение к Высшему Духу возносилось в соборном единении совместного пения. В европейской же музыке космическое мировоззрение наиболее полно воплотилось в творчестве Иоганна Себастьяна Баха. На мой взгляд, связь с Высшим Духом как космическим духом более всего проявляется в его органных сочинениях. Например, в знаменитой «Токкате и фуге ре-минор», Пассакалии и фуге до-минор, в хоральных прелюдиях. Звуки органа возносятся к Небу как разговор композитора с Богом. И в этом разговоре - от души к Духу - композитору не нужны слова. Но во многих произведениях Бах рассказывает о пути Христа, обращаясь к слову: в сложных вокально-инструментальных кантатах на евангельские тексты, в масштабных «Рождественской оратории», «Мессе», «Пассионах» - «Страстях по Иоанну», «Страстях по Матфею».


Интересно, что в цикле передач о творчестве Баха музыканты Михаил Казиник и Алексей Ботвинов говорят о космосе, о смерти и бессмертии… Они рассматривают «Хорошо темперированный клавир» Баха [4] как энциклопедию жизни человечества, трактуют содержание его прелюдий и фуг как страницы Библии, ее Ветхого и Нового завета, сравнивают с космогонией о Сотворении мира Микеланджело в Сикстинской капелле.

 (Послушать передачи -  http://www.muzcentrum.ru/orfeus/programs/issue725/ ).

Космизм музыки Баха проявляется и в том, что его музыка путешествует в космическом пространстве. Когда человечество задумалось о том, что во Вселенной могут встретиться иные - внеземные цивилизации, решили на космический корабль поместить музыку и выбрали именно музыку Баха. Это случилось в 1977 году. С тех пор на борту корабля Вояджер находится золотой диск с оркестровой музыкой Баха - "Бранденбургский концерт №2". Звуки концерта представят наше человечество другим цивилизациям, если корабль встретит жизнь на других планетах. И это не только признание величия Баха для землян. Думаю, что выбор связан с чувством космичности музыки Баха.

Причем, на мой взгляд, в творчестве Баха ярко пересекаются горизонтальная и вертикальная линии развития культуры. В самой музыкальной ткани его произведений объединяется горизонтальное мышление полифонии (многоголосия как сплетения голосов, каждый из которых можно спеть по горизонтали) и уже проявляется гармоническое – вертикальное мышление (в продуманной и ясной логике вертикальных созвучий). Взаимодействие горизонтального и вертикального мышления в творчестве Баха находится в удивительно гармоничном единстве, находясь как бы в средоточии их пересечения. После Баха уже будет преобладать вертикаль, музыка с господством не многих (как в полифонии), а одной мелодии в сопровождении аккомпанемента. Такая ткань (она называется гомофонно-гармоническая фактура) господствует по сей день. Сыновья Баха, как представители следующего поколения композиторов, уже будут творить на языке новой эпохи. В истории же развития культуры Бах тоже находится в точке пересечения. Он «по горизонтали» обобщил достижения эпохи барокко, развивающиеся и достигнутые в музыке его современников - композиторов разных стран Европы. А по «вертикали» он стал завершителем линии исторического развития полифонического письма (начатой с XIV века в Европе), возведя его на небывалую высоту (особенно в искусстве фуги)[5].

Поучительна история забвения и возрождения И.С.Баха. Ныне нам кажется странным, что музыка Баха была забыта. Но в те далекие времена любой композитор был известен, пока сам исполнял свою музыку. На концертах звучала музыка современников. Поэтому в репертуаре культурной среды господствовали отношения «горизонтали». Музыкой прежних эпох интересовались только сами композиторы, в основном в процессе обучения. А начиная с эпохи романтизма, в музыке - с 1820-х годов, музыканты стали живее обращаться к истории - для собственного композиторского и исполнительского творчества. В эпоху романтизма началось осмысление исторической вертикали и ее внедрение в сознание культурной среды. Еще с конца XVIII века музикдиректор Гёттингенского университета Форкель начал писать «Всеобщую историю музыки от сотворения мира до наших дней», а в 1802 году он опубликовал биографию И.С. Баха. Музыканты искали рукописи в архивах, изучали их и стали исполнять старинную музыку. В 1829 году композитор и дирижер Феликс Мендельсон с успехом исполнил «Страсти по Матфею» в Берлинской певческой академии. С тех пор и по сей день музыка Баха звучит на концертных сценах мира.

 

 Вспомним стихи Николая Ушакова:

"Мне дорог Бах...

Ну как бы Вам сказать,

Не то, чтоб нынче музыки не стало,

Но вот такого чистого кристалла

Ещё нам не являлась благодать,

Какое равновесие страстей,

Какая всеобъемлющая совесть,

Какая удивительная повесть

О брошенной в века душе моей."

 

 Пожалуй, забвение Баха можно сравнить и с забвением русских философов-космистов. Духовный взлет русской философской мысли конца XIX-начала ХХ века дал миру самобытные идеи и труды В.С. Соловьева, Н.А. Бердяева, С.Н. Булгакова, И.А. Ильина, П.А. Флоренского, Е.Н. Трубецкого и др. Ученые-естественники - В.И. Вернадский, К.Э. Циолковский, А.Л. Чижевский размышляли о тесной связи человека с Космосом, выстраивали свои теории, исходя из целостности системы Природа – Человек. Но, если естественно-научные идеи активно развивались в ХХ веке и воплотились в практическом освоении Космоса, то философские теории космистов были отодвинуты, отторгнуты официальной философией и не были известны широкой общественности. Наконец, на грани XX-XXI веков возродился интерес к идеям философов-космистов, и он возрастает год от года.

Думается, что, как и возвращение музыки Баха, возвращение идей космистов будет устойчивым и плодотворным для развития культуры. Ведь космическое мышление как способ познания мира свойственен творцам Духа, своей духовной энергией создающим новое. Это явственно воплощается в художественном творчестве, в частности в музыкальном искусстве.

 Размышляя о космизме в музыке, каждый, по-видимому, задумывается: всякая ли музыка, создающаяся по законам музыкальной гармонии, связана с космизмом? Думаю, нет. Музыку, нацеленную на развлечение, нельзя включить в эту область. Лишь в музыке, обращенной к высотам человеческого Духа, мы слышим гармонию Космоса. Многие страницы музыки философского характера можно представить как космическую музыку, в которой композитор размышляет о мироздании. Музыка не создает таких конкретных образов, как живопись и литература. В музыке, не имеющей названия, слушатель сам творит образ в своем восприятии. Причем, порой слушатели наделяют музыкальное произведение своей программой. Так случилось с Сонатой №21 Людвига ван Бетховена, названную «Авророй».

 Бетховен действительно писал Сонату на природе, летом 1804 года. В ней много света и приподнятости чувств, связанных с полнотой ощущений мироздания. Природа, простор, как контраст жизни в городе, вызвали ярчайшие эмоции в композиторе и воплотились в насыщенной звуковой палитре. По мнению французского писателя Р.Роллана: «Это белая соната в до-мажоре, текущая как чистая вода, опьянительнейшее восхищение природой, подчинение разуму»(  http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%91%D0%B5%D1%82%D1%85%D0%BE%D0%B2%D0%B5%D0%BD). Само название «Аврора» - утренняя заря, возникло из образа рассвета. Кто-то чувствует его в начале 1 части сонаты, но большинство связывают с контрастом между сумрачным Интермеццо (2 часть – образ ночи) и постепенно разгорающимся весельем Рондо, в котором тема-песня превращается в танец (3 часть – образ утра от его зарождения до перехода в день).

 О космическом начале можно говорить во многих программных сочинениях, связанных с образами природы. Таким является, например, знаменитое «Утро» Эдварда Грига из музыки к драме Ибсена «ПерГюнт»[6].


Но все же не всякие звуковые пейзажи можно отнести к космизму. Какой-то пейзаж - лирический, какой-то - пантеистический. Так и в живописи. Большинство пейзажей наполнено любовью к природе, восторгом перед ней, но ощущение величия космизма возникает не всегда. На мой взгляд, космичны пейзажи Исаака Левитана «Над вечным покоем», «Вечерний звон».

 В них философски соединены величие природы и обращение человека к Духу вечного Космоса. Здесь тоже наблюдается средоточие пересечения горизонтали и вертикали в ощущении и понимании мира. Неслучайно, посредником, несущим голос Земли к Небу, является Храм. Поэтому ощущение космизма в музыке возникает, если в ней звучит колокольность. В русской традиции ярче всех воплотил колокольность Сергей Рахманинов. Вспомним его Второй фортепианный концерт, симфоническую поэму «Колокола», знаменитую Прелюдию до-диез минор.


Ощущение космичности рождается в искусстве при созерцании человеком звездного Неба. Оно возникает и в сказочных формах. Так, например, в опере Николая Андреевича Римского-Корсакова «Сказка о царе Салтане» космизмом полны страницы симфонического вступления ко 2 акту. Сказочные пушкинские строки:

«В синем небе звезды блещут,

в синем море волны хлещут» -

 предстают в чарующих мерцаниях звуков звезд и в звуковых волнах моря: спокойного и сурового, с неожиданно разверзающейся глубиной бездны в пугающем величии мощного оркестра. Почти одномоментное восприятие в музыке высоты Неба и глубины Моря позволяет воспринять целостность и величие мироздания.


 Но абсолютным космическим мироощущением наполнена музыка Александра Скрябина. Созвучие идеям философов-космистов и выход за пределы их философии в субъективизм с особой полнотой воплотилось в произведениях зрелого периода: в потоке энергии мысли и воли в «Божественной поэме (симфонии №3)», в полете к неведомым далям в «Поэме экстаза», в «звездных» звуко-образах сонат № 4,5, 8 для фортепиано… Искания Скрябина в музыке близки исканиям Врубеля в живописи.

 

Сложные замыслы, объединявшие Божественную солнечность и демонизм, лучезарность звезд и «философию Духа» воспринимались современниками как новаторское ошеломляющее откровение. Поэт Борис Пастернак вспоминал: «Боже, что это была за музыка!.. Симфония беспрерывно рушилась и обваливалась, как город под артиллерийским огнем, и вся строилась и росла из обломков и разрушений... Трагическая сила сочиняемого торжественно показывала язык всему одряхлело признанному и величественно тупому и была смела до сумасшествия, до мальчишества, шаловливо стихийная и свободная, как падший ангел".

Стремясь объединить все искусства, Скрябин вводил в музыку слово, мечтал о цветомузыке (первым ввел в партитуру строку light - cвет), тяготел к программной музыке. Так, по авторской программе, "Божественная поэма" представляет собой "эволюцию человеческого сознания, оторвавшегося от прошлых верований и тайн... сознания, прошедшего через пантеизм к радостному и опьяняющему утверждению своей свободы и единства вселенной" (http://www.muzlit.narod.ru/scriabin_simf_tvor_irm_10.htm).

Мессианство Скрябина воплощалось в его идеях спасения человечества, реализовалось в симфонизме музыкальных образов «Поэмы экстаза», «Прометея»[7].

Композитор верил в преобразующую силу искусства, в неограниченность творческих возможностей человека, в личность, способную создать прекрасный новый мир. «Иду сказать людям, что они сильны и могучи», - говорил он.

Композитор мыслил планетарными масштабами, он был обуреваем утопическими идеями преображения и объединения всего человечества, стремился осуществить их в «Мистерии» и «Предварительном действе» к ней (но воплощение замыслов было прервано неожиданной трагической кончиной композитора – от нарыва на губе и последующем заражении крови).

О «Космосе Скрябина» создан видеофильм - диалог музыкантов М. Казиника и А. Ботвинова – см.  http://video.mail.ru/mail/tuzik_sobakevich/81/3852.html

В начале ХХ века идеи космизма в искусстве воплощались в стремлении к полету мысли и творчества, к отрыву от привычного земного к неведомому, космическому. Это привело к поиску новых путей развития искусства, а в социальном плане - к поиску новых путей развития общества.

Но зададимся вопросом: ныне, когда в реальной жизни человек стал практически – материально осваивать Космос, изменилось ли проявление космизма в музыкальном искусстве? Да, в наш век произошло расширение сознания каждого человека, и в искусстве, несомненно, ощущение космичности проявляется чаще и разнообразнее. В музыке это происходит в различных направлениях. Порой эти направления соединяются в творчестве одного композитора. Проследим их в творчестве Андрея Павловича Петрова.

Вспомним, например, музыку к кинофильму «Укрощение огня» (1972 г. ) Сюжет фильма, рассказывающий о первопроходцах Космоса, о судьбе Главного конструктора советских ракет Сергея Павловича Королева, был пронизан музыкой. Ее динамичный звуковой поток выражал энергию духа советских людей - покорителей Космоса: инженеров, рабочих, испытателей, космонавтов. В музыке неслась энергия, выражавшая мощь СССР, устремленного в будущее. Но в фильме были и звуковые страницы музыки звезд – чарующей и мерцающей.

Красивой поэтичной музыкой звезд наполнен финал балета Андрея Петрова «Сотворение мира». В балете, написанном по мотивам рисунков Жана Эффеля, соединены юмор, озорство, философия… «Сотворение мира – дело рук человека и его разума. Сам человек творит в мире добро и зло. И только от людей зависит, что будет торжествовать на земле: гармония и свет или хаос и тьма». Эти слова предпослал композитор своей партитуре[8]. Финальные же страницы балета утверждают гармонию света, космоса, человечности.

Балет «Сотворение мира» был поставлен на многих сценах мира (премьера – в Ленинграде, 1971). Он даже занесён в книгу рекордов Гиннеса как наиболее часто исполняемый. Думается успех балета – не только в замечательной музыке композитора, но и в космичности мироощущения, близкой многим людям современного мира.

Сам Андрей Павлович был человеком удивительно гармоничным и в жизни, и в творчестве. В своей музыке он органично сочетал принципы серьезной и «легкой» музыки, симфонизма и эстрады, джаза. «Есть люди, у которых все гармонично. Таким мне представляется Андрей Петров», – сказал о выдающемся композиторе ХХ века выдающийся дирижер Евгений Светланов[9].

В мироощущении же композитор совмещал реальность земной жизни и возвышенность, устремленную к Красоте, Утонченности, Углубленности. Такое сочетание разных граней жизни: бытового гротеска, лирики и философского трагизма – с удивительной полнотой воплотилось в симфонии-фантазии «Мастер и Маргарита», сочиненной по мотивам романа М.А.Булгакова. Возвышенным космическим мироощущением наполнены и страницы последних произведений Мастера: симфония-исповедь «Время Христа» и симфония-фантазия «Прощание с...». «Чем дольше живешь, тем чаще прощаешься – с молодостью, мечтами, друзьями, – говорил сам композитор. – Эта симфония – светлая грусть о неизбежности прощания»[10] .

На мой взгляд, в этих сочинениях – своего рода разговор времени: настоящего не только с прошедшим, но – с вечным, с Вечностью как осью космического времени[11].

Идея космичности в современной музыке, естественно не исчерпывается творчеством одного композитора. Космичность особенно ощутима в электронной музыке, в музыке к кинофильмам, связанным с фантастическими сюжетами о человеке во Вселенной. К музыке космического мироощущения я бы отнесла некоторые произведения современных петербургских композиторов Анатолия Королева и Сергея Белимова.

Еще в 1980-е годы Анатолий Королев сочинил "Большой распев" для струнных, клавесина и ударных. В нем, на мой взгляд, ярко проявилась связь времен и этапов космического мироощущения. Сочинение основано на принципах знаменного пения, создает атмосферу обращения к Богу, к высшим силам: как будто поет хор прихожан древнерусского храма. Имитация хоровых строф в исполнении струнного оркестра чередуется со своеобразным космическим звучанием клавесина и колоколов, вызванивающих стилистически новые трезвучные ходы. Сопряжение же этих образов в кульминации создает ощущение единения времен, некоего вселенского собора. Сегодня же понимаешь, что это, несомненно размышление композитора на тему вечности обращения человека к силам космического духа: через обращение к Высшему в хоровом единении церковного песнопения, в колокольных звонах, несущих голос Земли к Небу, в фантастических звучаниях современного слышания Космоса. Две этих линии ярко воплотились во многих сочинениях автора: оратории “Житие князя Владимира”, концерте для хора “Слава Богу за всё” на текст акафиста Григория Петрова, “Двух размышлениях о Божием величии” на тексты М.В.Ломоносова для хора и оркестра, “Стихах о Страшном суде” для сопрано и струнного квартета на народные слова …

В музыке Королева сплавлен минимализм древних попевок и приемы современного авангардного письма. Он стремится объединить далекие эпохи с современностью, ищет новые возможности звука. Не случайно в 1990-е годы А. Королев стал первым российским композитором, творящим в стиле live electronic.

Live electronic – это синтез классической и электронной музыки, создаваемой не только в процессе живого исполнения музыки, но и при помощи компьютера. "Дело это весьма непростое, – говорит музыкант – поскольку требует от композитора не только музыкального образования, но и владения азами программирования" (http://www.dp.ru/?ArticleID=d246076b-5101-42b1-aa43-2d61fe5fd656). Использование же компьютера помогает создать современные космические звучания, свойственные электронной музыке.

Композитору всегда был свойственен поиск нового. Он принимает участие в фестивале авангардной музыки "Звуковые пути", является сотрудником студии электронной музыки союза композиторов С-Петербурга. При его участии в Консерватории им. Н.А. Римского-Корсакова была создана кафедра, где обучают сочинению электронной музыки.

Поиск новых звучаний, в том числе космических, свойственен и Сергею Белимову. Даже названия произведений позволяют причислить его к композиторам-космистам: «От звезд до звезд» – композиция для двух камерных оркестров, «Песнь утреннего пробуждения» для гобоя и фортепиано, «И солнце в ночи» для флейты и магнитофонной ленты (также есть версия для зала пространственной музыки). Эксперименты в поисках новых звучаний привели композитора к электронной музыке и даже к созданию нового инструмента  кордепиано[12] (1996). В основе его звучания – взаимодействие специальных резонаторов со струнами. Для кордепиано и солистов композитор сочинил «Сквозь паутину звезд» (для флейты и кордепиано), «И свет непреходящий за опрокинутыми небесами» (для сопрано, баритона и 2-х кордепиано), «Мимолетные колокола под крыльями вечности» (для 2-х кордепиано), «Отзвуки дня в сумерках времен» (кордепиано). Поиск истоков звука, переживание звука как ценности, обращение к праосновам музыки разных эпох и стран Запада и Востока свидетельствует о поиске духовного единства мира.

Это космизм философский, пронизанный размышлением, созерцанием, выраженным музыкальным языком. Но есть и другая линия в музыке, направленная к постижению глубины переживаний человека, его эмоциям. В этой – лирической – сфере космическое может возникать как отклик души человека на свет звезд, на неизведанные тайны Вселенной даже в столь демократичном жанре, как песня. Назову, например, песни эпохи первых космонавтов: В.Мурадели «И на Марсе будут яблони цвести» (слова Е. Долматовского) – (http://muz.ru/Store/TrackDetails.aspx?TrackId=T0000258091) , О. Фельцмана – «Я верю, друзья, караваны ракет» (слова В. Войнович) – (http://musiclist.org.ua/song/404341.html) ; или песни наших современников – В.Плешака «Зовут нас звезды» (слова В.Сергеева), «Дружба звезд» (слова – В.Гин) –  http://kkre-11.narod.ru/pleshak.htm ; «Трава у дома» («Земля в иллюминаторе») В. Мигули (слова – А.Поперечного) –  http://neboqitel.narod.ru/audio.html и др.

Так что гармония космических миров в музыке столь же разнообразна и необъятна, как и безграничность самого Космоса.

 

______________________________________

 [1] подробнее см. например,  http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9C%D1%83%D0%B7%D1%8B%D0%BA%D0%B0_%D1%81%D1%84%D0%B5%D1%80http://dic.academic.ru/dic.nsf/enc_philosophy/4220/%D0%93%D0%90%D0%A0%D0%9C%D0%9E%D0%9D%D0%98%D0%AF

 [2] ГАРМОНИЯ - (Толковый словарь В.Даля) - соответствие, созвучие, соразмерность, равновесие, равномерность, равнозвучие, взаимность соотношения, согласие, согласность, соглас, стройность, благостройность; соразмерное отношение частей целого; правильное отношение одновременных или современных звуков, аккорд  ГАРМОНИЯ - БСЭ: (греч. harmonia - связь, стройность, соразмерность), соразмерность частей, слияние различных компонентов объекта в единое органическое целое. В древнегреческой философии - организованность космоса, в противоположность хаосу. В истории эстетики рассматривалась как существенная характеристика прекрасного.

[3] Об изучении проблемы космичности в творчестве - см. статью канд.иск. Е.П. .Маточкина «Космичность искусства и Живая Этика» -  http://lib.icr.su/node/1141  - электронная библиотека Международного Центра Рерихов

[4] «Хорошо темперированный клавир» И.С.Баха – цикл прелюдий и фуг во всех 24 тональностях. Создан Бахом как цикл, разрабатывающий и утверждающий темперированный строй. В то время в музыке господствовал натуральный строй, позволяющий чисто играть на инструментах только в тональностях с небольшим количеством знаков. Темперированный строй основан на делении октавы на 12 равных полутонов, что позволяет чисто играть в любой тональности. Каждая Прелюдия и фуга в цикле Баха звучит в своей тональности, следующая – на пол-тона выше: до мажор, до минор, до-диез мажор, до-диез минор, ре мажор, ре минор и т.д. Таким образом, последовательно в хроматическом порядке охватывается весь круг диезных и бемольных тональностей мажорного и минорного ладов (подробнее см:  http://idvm.narod.ru/texts/238.htm).

 [5] Послушать музыку Иоганна Себастьяна Баха - Собрание сочинений (mp3), http://www.zaycev.net/pages/2930/293040.shtml

[6] Программная музыка – инструментальные музыкальные произведения, в названии которых задается образ или идея произведения. Порой помимо названия программа задается композитором в поэтическом эпиграфе, прозаическом повествовании, предваряющеми музыкальное произведение. Так композитор приоткрывает слушателю свой замысел, направляет его восприятие. Однако процесс постижения музыки в большой мере субъективен.

 [7] Послушать «Поэму экстаза» Скрябина -  http://files.mail.ru/TYSGG7

[8]  http://www.bolshoi-theater.com/theatre_repertoire.php?lang=RUS&performance_id=13

[9]  http://www.fondpetrov.ru/p8/index.html.

[10]  http://www.gorodovoy.spb.ru/rus/news/culture/580062.shtml.

 [11] Послушать музыку А.П.Петрова  -  http://www.classic-online.ru/archive/?composer_id=2822

[12]  http://ru.wikipedia.org/wiki/Белимов,_Сергей_Александрович